Надежда Бабаева: «Сдаваться не собираюсь!»

Редакция / Суббота, 27 августа 2016 13:16

История тольяттинки, пошедшей против начальства в борьбе за свои права.

«До прихода нового начальства ко мне не было никаких претензий», – говорит Бабаева. За 20 лет работы Надежду неоднократно поощряли за отличную работу. Но власть сменилась, а вместе с ней изменилось и отношение к простому рабочему человеку. Люди, всю жизнь отдавшие работе на предприятии, стали не нужны «новой метле», у которой цель одна – «ужать» предприятие до минимальных размеров, а потом – судя по всему – вообще обанкротить. И вот в поисках справедливости люди пошли по профсоюзам, по политическим партиям, по судам. Первой в рядах ищущих правду оказалась Надежда.

«Улучшения» в ТТУ
– Пока не пришло новое руководство, атмосфера на предприятии была просто замечательной, – делится эмоциями с корреспондентами Надежда. – Всем коллективом мы отмечали праздники, тепло общались семьями, ездили отдыхать за город. Я всю себя отдавала любимой работе, меня даже поощряли.
Ситуация поменялась в 2014 году. Новое начальство ввело новые порядки. Сначала предприятие было практически доведено до ручки, затем начальники решили перевезти его на новое место. Этим местом оказалось депо № 3 Комсомольского района, находящееся, по сути, в аварийном состоянии. Руководство не побеспокоилось о соблюдении элементарных норм безопасности, и работники ремонтного цеха работали с электричеством в воде. Тогда депутат Краснов поднял большой шум, после чего начальство приняло экстренные меры. Но в рабочих кабинетах так и остались запах сырости и грибок на стенах. Не повезло и центральным диспетчерам: нам изменили должностную инструкцию, добавив функции диспетчера по выпуску. Зарплату при этом менять не стали.
С таким переездом мы все были не согласны. А как тут согласиться, когда депо находится в Комсомольском районе, а мы почти все из Нового города? Это же вон куда ездить приходится, а мы все специально поближе к дому устраивались, – сетует Бабаева. – Тогда многие возмущались, писали жалобы в КПРФ, но начальство под угрозой увольнения заставило их эти заявления забрать. Кризис ведь, у всех квартиры в ипотеку, дети… Люди боялись потерять работу. Поэтому и шли в отказную.

«Начальство навстречу не пошло»
История Надежды Бабаевой теперь известна всему городу. Не удивительно – работника, который решился спорить с начальством, встретишь не часто.
– Я не допустила нарушения своих трудовых прав. А так как начальство не пошло мне навстречу, была вынуждена идти в суд.
В мою должностную инструкцию начальство внесло абсолютно абсурдные изменения. В обязанности центрального диспетчера входит оперативная реакция на ДТП, оперативное их устранение, контроль за конечными станциями. Здесь важна мгновенная реакция, – поясняет Надежда Бабаева. – По старой инструкции диспетчер по выпуску заполнял и выдавал водителям путевые листы, распределял и закреплял машины за маршрутами, контролировал их перемещения. А теперь эту должность убрали, а функции вменили мне. Получается, что, если я произвожу выпуск автомобилей и вдруг происходит ДТП или обрыв контактного провода, я не в состоянии быстро среагировать. А ведь это может кому-то стоить жизни.
Надежда выполнять новые функции отказалась и уведомила начальство.
– Работа стала в разы сложнее, а доплаты – ноль. На меня посыпались акты и докладные, обвиняющие меня в невыполнении обязанностей. Все эти бумаги вручались мне прилюдно и с нескрываемым презрением. Начальство поставило себе цель – морально выжить меня с предприятия. На меня началась настоящая моральная атака. Сослуживцы перестали общаться со мной при начальстве – из страха. Руководство регулярно обвиняло меня в том, что я не подписываю бумаги и не работаю, хотя я не выполняла только те пункты новой инструкции, которые считаю незаконными.
Устав от травли, Бабаева отважилась на спор с начальством в суде.
– Ведь работать так невозможно. К тому же у меня начались проблемы со здоровьем.
29 июня Надежда впервые отправилась в суд:
– Мне тогда директора ТТУ Растегаева лицезреть не посчастливилось: он прислал вместо себя представителя. Разбирательство проходило тяжело. В суде пришлось «отбиваться» не только от начальства, но и от собственных коллег по работе. Оставшиеся трое центральных диспетчеров внезапно обрели «второе дыхание» и страстно убеждали судью, что без трудностей совмещают обе должности. Меня очень удивила реакция судьи на мои собственные реплики и реплики моих защитников. Она их снимала постоянно – мол, не имеют отношения к делу. Особенно вопросы о нарушениях, касающихся напрямую моих начальников – четы Чумаковых.
После суда по ТТУ поползли слухи о скором увольнении непокорной работницы.
 – Я неоднократно слышала высказывания о том, что работать мне в Троллейбусном управлении осталось недолго, что скоро меня уволят. Прошла информация о том, что приказ о моем увольнении уже составлен. Они, получается, еще до слушания были уверены в том, что суд примет их сторону!
Расправились с несогласной
 По словам Надежды, после суда работать в ТТУ ей стало значительно хуже.
 – Я, разумеется, понимала, что отношение ко мне вряд ли изменится в лучшую сторону, но вот того, что последовало за разбирательством, я точно никак не ожидала. После суда мне пришлось взять больничный – здоровье подвело. Накануне выхода на работу я предупредила начальство, что работать буду так же, как и до суда, то есть без выполнения функций диспетчера по выпуску.  
Тогда на меня начали настоящую охоту: начальство постоянно устраивало мне провокации прямо во время рабочего дня. Так, в одну из смен мне отказались дать помощника, который должен был осуществить выпуск. На мои слова о том, что я уведомила Растегаева об отказе выполнять добавленные функции, начальство сказало: «Помощника мы вам не дадим. Вас заменит другой работник. Можете быть свободны».
– А как же я могу быть свободна, если у меня рабочий день? Я ведь свою старую работу выполняю в полном объеме и никаких бумаг об увольнении или освобождении от работы мне не вручают. Если бы тогда сорвался выпуск, то от этого пострадали бы водители троллейбусов, кондукторы – люди, которые ни при чем в этой борьбе. В итоге начальство было вынуждено помощника дать.  
– Подобным образом меня третировали вплоть до увольнения. Я сразу узнала, что это скоро произойдет – наступило подозрительное затишье. Следом, разумеется, была буря.
– Изумило больше то, что даже при увольнении начальство умудрилось ущемить мои права. Вручение приказа отложили на день, когда в здании не было ни кассиров, ни специалистов из отдела кадров. Вручали 7 августа, но договор был составлен почему-то задним числом – 5 августа. Ко мне направили начальника отдела технического обучения с ОДНИМ экземпляром приказа. Раз это приказ о моем увольнении, не могу же я просто посмотреть на него, подписать и отдать. Мне обязаны выдать заверенную копию. Но юристов, для того чтобы ее сделать и заверить, в здании не оказалось. Также мне не выдали обходного листа, трудовой книжки и расчета, аргументируя это тем, что, мол, сегодня выходной. Какой выходной может быть на транспортном предприятии, работающем круглые стуки семь дней в неделю? А почему тогда, скажите, мы вообще собрались сегодня? По нашим подозрениям, начальство просто струсило и решило спихнуть неприятную процедуру на человека, который и объясниться-то не мог толком, все только твердил, что его попросили.
– Сейчас я уверена в своей правоте и не намерена уступать начальству. На моей стороне профсоюз «Молот» и партия КПРФ. На решение суда я уже подала апелляцию и теперь жду нового разбирательства. В наше время нужно знать свои права и не бояться их отстаивать. Сдаваться я не собираюсь!

Комментарий

shepelev3

Вячеслав ШЕПЕЛЕВ:
– Мы являемся свидетелями большого события: люди, тольяттинцы, не согласные с прессингом со стороны одуревших от безнаказанности начальников, начинают бороться за свои права. Отчасти это связано с тем, что изменилась ситуация на рынке труда. Ведь раньше человек, которого несправедливо увольняли, говорил: «Да ну и чёрт с вами! Я себе другую работу – ещё лучше найду!» И уходил на другое место. И даже иногда действительно лучшее, чем то, которое у него было. А теперь не так. Далеко не так. Рабочих мест нет. В городе официально более 10 тысяч безработных. А неофициально – в два раза больше. Теперь люди начинают понимать: «Другого-то места нет!» И вот когда человек понимает, что ему на том ПЛОХОМ МЕСТЕ, С ПЛОХИМ НАЧАЛЬНИКОМ век куковать, тогда он и приходит к выводу: нужно, чтобы трудовые отношения были по закону и чтобы зарплата была нормальная не где-то там, а на этом, моём предприятии. А этого можно добиться только отстаиванием своих трудовых прав. Наде Бабаевой нужно поставить памятник в Тольятти. Прижизненный. За то, что отважилась бороться с системой. За то, что не жалеет своих сил, своего времени для победы правды и справедливости. А все те, кто участвовали и участвуют в ее травле, надеюсь, получат в итоге по заслугам!